поиск песни

Zharov A. - Заветный Камень текст песни

язык: 
художник: 
Zharov A. - Заветный Камень на Amazon
Zharov A. - Заветный Камень смотреть на YouTube
Zharov A. - Заветный Камень слушать на Soundcloud

Заветный Камень

Холодные волны вздымает лавиной
Широкое Черное море.
Последний матрос Севастополь покинул,
Уходит он, с волнами споря.
 
И грозный, соленый, бушующий вал
О шлюпку волну за волной разбивал.
В туманной дали
Не видно земли,
Ушли далеко корабли.
 
Друзья-моряки подобрали героя.
Кипела волна штормовая.
Он камень сжимал посиневшей рукою
И тихо сказал, умирая:
 
'Когда покидал я родимый утес,
С собою кусочек гранита унес...
И там, чтоб вдали
От крымской земли
О ней мы забыть не могли.
 
Кто камень возьмет, тот пускай поклянется,
Что с честью носить его будет.
Он первым в любимую бухту вернется
И клятвы своей не забудет!
 
Тот камень заветный и ночью, и днем
Матросское сердце сжигает огнем.
Пусть свято хранит
Мой камень-гранит,
Он русскою кровью омыт'.
 
Сквозь бури и штормы прошел этот камень,
И стал он на место достойно.
Знакомая чайка взмахнула крылами,
И сердце забилось спокойно.
 
Взошел на утес черноморский матрос,
Кто Родине новую славу принес,
И в мирной дали
Идут корабли
Под солнцем родимой земли.
 

Другие песни от этого художника: Zharov A.


С помощью иконки на правой боковой панели вы можете смотреть, слушать или купить онлайн the Заветный Камень музыкальный файл или компакт-диск.

Если вы хотите скачать эту музыку вы можете нажать на иконку mp3 на правой боковой панели.


Тексты песен можно использовать только для личного или образования.
Zharov A. текст песни авторское право является владельцем этой песни.



Другие песни

Любовное чтиво (Lyubovnoye chtivo)

Всё у нее стандартно: детишки, муж законный
И день-деньской заботы присесть ей не дают,
А ночью секс привычный унылый, монотонный,
Туда сюда, обратно, 126 секунд.
И тут уж ей, бедняжке, совсем не до оргазма
Какой уж там оргазм, не стирано белье
У дочери ветрянка, у бабушки маразм,
Такое разтакое веселое житье.
 
В свободную минутку в метко, на кухне, в ванной
Она читала женские любовные романы.
В них женщины богини мужчины супермены
И жизнь в них так прекрасна и необыкновенна
 
Он обдал ее жатом горячего юного тела
И она аж вспотела, так тела его захотела
О возьми меня всю, о люби же меня, я прекрасна
Я юна, я страстна, я нежна, я чиста, я несчастна
 
Поцелуй опьянил и в терновнике что-то запели
Ее грудь напряглась от желанья соски отвердели
Серебрились фонтаны над ними, стрекозы летали
Мам, я какать хочу, эх, детишки весь кайф обломали
 
Супруг ее капризный, тиран на самом деле,
То борщ даешь холодный, то ходишь в бигуди.
Да лучше б ты свой гонор показывал в постели
Козел пока безрогий, но это впереди.
 
Стаpуха-невезуха у всех она бывает,
Вдруг упадет на ногу гладильная доска.
И Индезит сломался и Тайд не отмывает
И порванный Леванте и на душе тоска.
 
И вот тогда она идет к уютному дивану,
Лекарство от депрессии -- любовные романы.
Пускай сгорела пицца и муж успел напиться,
 
Но что там происходит на сто восьмой странице.
 
Падишах закричал: Ты, девчонка, меня отвергаешь,
Я отдам тебя слугам, и ты унижение познаешь.
Десять рослых мулатов схватили ее и раздели
Ее грудь напряглась, и опять же, соски отвердели.
 
Десять рослых мулатов без слов тут же ей овладели,
Почему бы мулатам ей не овладеть в самом деле?!
Тут вдруг принц прискакал, всех убил и раскрыл ей объятья.
К телефону тебя, -- тьфу, когда же смогу дочитать я.
 
Начальник на работе хватает за коленки,
Трясет от вожделения слюнявою губой.
И в этом отношение легко подруге Веpке
Вот у нее начальник - мужчина голубой.
 
Года летят как поезд с пугающим разгоном
Где ты герой-любовник, в каком застрял лесу?
Где ты, с рельефным телом, с мобильным телефоном?
Где тебя чести носят, уж климакс на носу.
 
Пусть говорят что суррогат, что пошлы и вульгарны,
Но жизнь порою больший фарс чем все эти романы.
Пусть критики и снобы брезгливо морщат лица,
Hо как ее он полюбил на сто восьмой странице.
 
Стать актрисою с самого детства девчонка мечтала,
Через тернии в круг голливудской богемы попала.
Сценарист - наркоман, а продюсер - распутный ублюдок.
Это вам не Мосфильм, а гнилое нутро Голливуда.
 
И нагая лежала она в режиссерской постели,
Ее грудь напряглась, как обычно, соски отвердели.
В сладострастном волнении сорвал он с нее покрывало.
Слышишь ты, зачиталась? Опять молоко убежало.
 

Delfiny (Дельфины) ost

Говорят дельфины, говорят,
Говорят и вправду говорят.
Как блестят на солнце спины,
Это к нам плывут дельфины,
Вот сейчас они заговорят.
 
Ааааа…
 
Но попались нам дельфины молчуны,
Они молча улыбались нам с волны.
Мы им тоже улыбались,
Но они не догадались,
Что заговорить они должны.
 
Ааааа…
 

Knigi (Книги) [Bücher]

[Профессор Абронзиус:]
Книги, книги!
Боже, что за книги!
 
[Альфред:]
— Но, профессор, мы должны найти Сару!
 
[Профессор Абронзиус:]
Аристотель, Парменид,
И Диоген, и Маймонид,
Геометрия Эвклида,
«Илиада» с «Энеидою».
Отлично!
Я обожаю античность!
 
[Альфред:]
— Она где-то рядом...
 
[Профессор Абронзиус:]
Марк Аврелий и Катон,
Ещё Тацит и Цицерон,
За ним Гомера редкий том,
Тибулл, и Цезарь, и Платон.
Римляне, греки
Бессмертны будут вовеки!
 
[Альфред:]
— Он держит её под замком!
 
[Профессор Абронзиус:]
У Канта идеальному
Мы учимся мышлению,
А ценности моральные
Мы черпаем из Гегеля.
Немецкие философы —
Умы непревзойдённые.
Бриллиантовые россыпи
На этих полках собраны
Подряд!
 
[Альфред:]
— У нас мало времени!
 
[Профессор Абронзиус:]
Спиноза и Коперник,
«Символ веры» гуманистов;
Парацельсиус и Крузиус, —
Кумиры оккультистов;
Реалисты, моралисты,
Классицисты, казуисты.
Раритетные издания
Все тайны мироздания
Хранят!
 
[Альфред:]
— Скоро стемнеет!
 
[Профессор Абронзиус:]
Вот Шекспир и Макиавелли,
Эккехард и Кьеркегор,
Ещё Мольер и Мэри Шелли,
Лафонтен, Марло, Тагор.
Вот Леонардо, Боттичелли,
Эдгар По, Маркиз де Сад,
И Нострадамус с Авиценной,
И других томов бесценных
Целый ряд!
 

Prohodnyje

***
Проходные стихи - как проходные дворы
с одной улицы на другую, параллельную первой.
Следы на асфальте, расплавленном от жары.
Какая-то стерва бранится с другою стервой.
Белье на веревке высыхает за час-другой.
Стирай - не хочу в гробоподобном корыте.
Перемены близко. Можно дотянуться рукой.
- Я вам такое скажу! - Ах, что вы мне говорите!
Инвалид войны под трофейный аккордеон поет
старинный романс о судьбе горящей лучины.
С улицы на другую двор проходной ведет.
Но улицы параллельны. И, в общем - неотличимы.
 
9.06.18